Scientific journal
Fundamental research
ISSN 1812-7339
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 1,074

INCREASE OF INVESTMENT APPEAL OF REGIONS ON THE BASIS OF THE ADVANCING HI-TECH DEVELOPMENT OF HOUSING AND UTILITIES SECTOR

Maznitsa E.M. 1
1 Volgograd State University of Architecture and Civil Engineering
В статье рассматривается возможность ускорения экономического развития регионов на основе опережающего развития жилищно-коммунального хозяйства. Крупные городские агломерации России могут стать основными «двигателями» несырьевого сектора экономики. Для этого нужен ряд условий, в статье они перечисляются. Предложено особое внимание обратить на дисбаланс в росте зарплат и отставании развития инфраструктуры и темпов роста производительности труда. Инфраструктурные проблемы нередко решаются на местном уровне без просчета последствий принимаемых решений. Успешными могут стать такие агломерации, которые преодолеют именно инфраструктурный дисбаланс. Рассчитывать на значительные доходы от сырьевого сектора сейчас не приходится, нужна перестройка сознания управленцев. В этой связи требуется ускорение принятия инновационных инфраструктурных решений в Волгоградской области. Будущее экономики России – в опережающем развитии крупных агломераций.
In article the possibility of acceleration of economic development of regions on the basis of the advancing development of housing and communal services is considered. Large city agglomerations of Russia can become main «engines» of non-oil sector of economy. A number of conditions is for this purpose necessary, they are listed in article. It is offered to pay special attention to an imbalance in growth of salaries and lag of development of infrastructure and growth rates of labor productivity. Infrastructure problems are quite often solved at the local level without miscalculation of consequences of the made decisions. Such agglomerations which will overcome infrastructure imbalance can become successful. It isn’t necessary to count on the considerable income from raw sector now, reorganization of consciousness of managers is necessary. In this regard acceleration of adoption of innovative infrastructure solutions in the Volgograd region is required. The future of economy of Russia – in the advancing development of large agglomerations.
regional
large cities
monotowns
development
innovations
housing and communal services
1. Grishhenko N. Naklikali RG no. 194 (6765) 01.09.2015 g.
2. Innovacionnye razrabotki volgogradskih inzhenerov jekonomjat predprijatijam do 80?% jelektrojenergii // IA Vysota 102. Data dostupa 23.01.2015 g.
3. Maznica E.M., Brishten S.V. Jekonomika sovremennogo goroda i ee svjaz s pokazateljami jekologichnosti kachestva zhizni Jeffektivnye modeli i tehnologii resursosberezhenija, jenergosberezhenija i prirodopolzovanija v stroitelstve i ZhKH: vaterialy nauchno-prakticheskoj konferencii s mezhdunarodnym uchastiem, Volgograd, 2014 g. Volgograd: OOO Izd-vo «Kruton», 2014. 376 р., рр. 306–310.
4. Maznica E.M. Innovacionnaja politika kak osnova pereraspredelenija proizvoditelnyh sil (na primere Volgogradskoj oblasti) // Problemy teorii i praktiki finansovo-kreditnoj sistemy: materialy P Vserossijskoj nauchno-prakticheskoj studencheskoj konferencii VolgGASU. Volgograd, 10–20 dekabrja, 2007. 488 р.
5. Strana vozvrashhaetsja v 1986 god//RBK:http://daily.rbc.ru/opinions/economics. Data dostupa 23.01.2015 g.
6. Chistjakov P. Kakie goroda budut uspeshny v Rossii 2010-h: // http://www.regnum.ru/news/polit/IA REGNUM. Data dostupa 01.09.2015 g.

10–15 крупнейших агломераций – среди них Ростов, Новосибирск, Уфа, Омск, Самара – Тольятти, Нижний Новгород, Краснодар, Пермь, Красноярск, Владивосток, Воронеж – могут стать основными «двигателями» несырьевого сектора экономики России. Но для этого нужно ликвидировать дисбалансы в их развитии. За последние 20 лет российские регионы и их столицы – крупные города – развивались по-разному в зависимости от своего размера, местоположения и унаследованной от советского прошлого структуры экономики. Основными факторами успеха городов стали:

– Эффект масштаба. При прочих равных условиях города с населением более 1 млн человек оказались более привлекательны для жизни и ведения бизнеса. Для жизни – потому что обеспечивали доступ к широкому набору услуг и давали больше возможностей для карьеры. Для бизнеса – потому что давали рынок сбыта, рабочую силу, широкий выбор поставщиков и инфраструктуру более высокого качества. На другом полюсе оказались малые и средние города (с населением менее 100 тысяч). Они существенно теряли население, сохраняя занятость в основном в бюджетном секторе и малом бизнесе.

– Образованное население. Как среди городов-миллионеров, так и среди небольших городов в лучшую сторону выделяются те, в которых развиты образование и наука. Наукограды вроде Сарова в Нижегородской области и Дубны в Московской благодаря своему человеческому капиталу, несмотря на свое периферийное положение в регионе и небольшую численность населения, получают больший приток инвестиций в сравнении с городами аналогичного размера. Есть и региональные центры, также являющиеся примерами действия этого фактора, – Томск, Новосибирск, Екатеринбург.

– Наличие крупных конкурентоспособных предприятий. Это «ресурсные» города (например, Сургут и Альметьевск – центры нефтедобычи в ХМАО и Татарстане, Верхняя Салда – центр титанового производства в Свердловской области), а также некоторые индустриальные региональные центры (например, Липецк). Оборотная сторона этого фактора – высокая зависимость города от одного предприятия и формирование моногородов, крайне уязвимых к колебаниям рыночной конъюнктуры. Примеры городов, сильно пострадавших от этой зависимости в кризис 2008–2009 годов, есть практически в каждом российском регионе: от 700-тысячного Тольятти в Самарской области до Жирекена (менее 5 тыс. жителей) в центральной части Забайкальского края, где проблемная ситуация на молибденовом ГОКе обернулась серьезными социальными и экономическими последствиями.

– Положение в «богатом» регионе. Города в регионах с высокими бюджетными доходами и диверсифицированной экономикой получают больше финансирования на социальную, инженерную и транспортную инфраструктуру. В наиболее выгодном положении столицы, но положительный эффект испытывают и другие города. Примеры: Краснодар, Белгород, города Татарстана.

– Географическое положение. Удаление от основных транспортных коммуникаций и крупных административных центров приводит к экономической изоляции города – на него меньше обращают внимание не только частные инвесторы, но и федеральный центр. Пример – региональные центры северной части Дальнего Востока (Петропавловск-Камчатский, Магадан) и европейской части России (Архангельск, Сыктывкар).

В регионах с крупными городскими агломерациями важную роль играет положение относительно центра агломерации. По мере приближения к нему в городах растут зарплаты, цена недвижимости и инвестиционная привлекательность. По-прежнему важную роль играет положение города на пересечении нескольких железнодорожных и автомобильных магистралей (в идеале – международных транспортных коридоров). Это облегчает развитие логистики, снижает стоимость поставок, а значит, помогает развитию бизнеса. Все эти факторы будут действовать и в предстоящие годы: это стартовые условия развития. Наибольшие шансы на ускоренное развитие имеют крупные городские агломерации, где интегрируются рынки труда и капитала регионального центра, малых и средних городов, сельской местности. 10–15 крупнейших агломераций – среди них Ростов, Новосибирск, Уфа, Омск, Самара – Тольятти, Нижний Новгород, Краснодар, Пермь, Красноярск, Владивосток, Воронеж – могут стать основными «двигателями» несырьевого сектора экономики России. Но для этого нужно ликвидировать дисбалансы в их развитии.

Решение инфраструктурных и социальных проблем российских городов нередко отстает от темпов роста зарплат и налогооблагаемой базы. Яркий пример – обеспеченность жильем. Крупные российские города находятся на уровне восточноевропейских столиц по заработной плате (в 2014 году, до резкой девальвации рубля, зарплаты в Новосибирске и Уфе были на уровне Варшавы и Будапешта, в Екатеринбурге и Санкт-Петербурге – на уровне Праги, в Москве – на уровне Мадрида и Рима), но отстают по обеспеченности жильем более чем в два раза и еще больше – по плотности автомобильных дорог (в Москве это лишь 30 % от зарубежных городов с сопоставимой численностью населения). Сохраняется высокий износ инфраструктуры водо- и теплоснабжения. Даже в Москве износ водопроводных труб превышает 50 %, канализационных – 60 %. В других городах зачастую дело еще хуже. Все это приводит к снижению качества жизни в крупных городах и в конечном счете к снижению их привлекательности для ведения бизнеса.

Наиболее яркая иллюстрация экономического и социального дисбаланса – Москва, которая по уровню ВРП на душу населения находится в одном ряду с Берлином, Гонконгом и Сеулом, а по рейтингам качества жизни отстает от Стамбула, Пекина и Нью-Дели. Это характерно и для других крупных городов России, таких как Екатеринбург, Нижний Новгород, Ростов-на-Дону и др. Уже сейчас городская инфраструктура становится основным барьером экономического развития городов, а значит, и развития несырьевого сегмента экономики всей страны.

Самыми успешными городами в ближайшие годы станут те, кто сумеет ликвидировать инфраструктурный разрыв, принять эффективные меры по улучшению здравоохранения, развитию комфортного и быстрого общественного транспорта (в том числе между центральными и периферийными частями агломераций), модернизации ЖКХ, созданию привлекательных публичных пространств. На этом пути города столкнутся с нормативными и финансовыми ограничениями, в том числе федеральными (например, фиксация на федеральном уровне тарифов на услуги ЖКХ блокирует привлечение частных инвестиций в модернизацию отрасли), и будут вынуждены их преодолевать. Высокая отдача от инфраструктуры может быть достигнута только при концентрации ограниченных финансовых, кадровых и административных ресурсов. Вместо размазывания ресурсов нужно точно определить ограниченное число приоритетов и последовательно с ними работать – это позволит городам значительно повысить качество жизни.

Не менее значимы и институциональные барьеры. Именно от городских властей зависит ряд критически важных элементов инвестиционного климата – доступ к земельным участкам и выдача разрешений на строительство, подключение к сетям водоснабжения и канализации, конкурентный доступ к муниципальным закупкам. Решение этих вопросов позволит в том числе снизить себестоимость жилищного строительства и улучшить ситуацию с обеспеченностью жильем. Важный процесс, по которому с высокой вероятностью пойдет большинство крупных агломераций, – это субурбанизация, переезд жителей и бизнеса в пригородные территории. Непременный атрибут современной развитой городской агломерации – обширная пригородная зона с малоэтажной застройкой и всей социальной инфраструктурой, тесно интегрированной в природную среду, чередующаяся с деловыми районами. Жители таких «субурбий» могут работать и жить в комфортной транспортной доступности, а их стиль жизни сильно отличается от «каменных джунглей» центра города. Пока девелоперы и власти городов шли по пути наименьшего сопротивления и осваивали территорию в формате закрытых коттеджных поселков с минимальной инфраструктурой либо в формате многоэтажных спальных районов. Переход к новому формату пригородных зон потребует совместных усилий от региональных и муниципальных властей. Сейчас ряд таких проектов планируется в Московской области. Если такой переход состоится, он во многом определит конкурентоспособность российских агломераций в будущем [6].

Внешние условия за последние полгода-год изменились. Цены на нефть повторили ситуацию 1986 года и снизились в два раза. При этом, если проводить параллели, то во второй половине 80-х годов Советский Союз частично компенсировал действие этого шока путем массированных заимствований на внешних рынках и внешний долг в 1992 году составил уже 100 % ВВП. Сегодня Россия лишена таких возможностей. Страна, наоборот, пытается снижать внешний долг, не привлекая ресурсы извне. Если брать в консолидированном масштабе, то внешний долг на 1 июля 2014 года составлял 732 млрд долл., а сейчас он уже около 500 млрд долл. Можно попробовать в этой кризисной ситуации брать пример с Сингапура, Китая, Индонезии и Южной Кореи. Принцип бюджетной политики этих стран: сберегать и инвестировать, направляя на текущее потребление по минимуму. В России же сейчас все происходит наоборот: государственные деньги фактически проедаются, накопления невелики, источников для инвестиций нет.

Сегодня уровень инвестиций крайне низок – 17–18 % ВВП. При таком уровне инвестиций об экономическом росте в 3–4 % в год говорить не приходится. Судя по опыту других стран, доля инвестиций должна составлять 30 % ВВП. Нужно снижать дефицит или как минимум не превышать планку в 3 % ВВП, нужно и дальше накапливать резервы, при этом бюджет должен создавать инвестиционную повестку дня. Однако государственный долг России за 2012–2014 годы вырос на 92 %, на 36,4 % – за прошлый год. А расходы на обслуживание госдолга за 2012–2014 годы выросли на 58 % – до 415,6 млрд руб. в год. Еще одна проблема – сбалансированность региональных бюджетов. В текущем году экономический кризис и накопленный долг заставили регионы резко сократить расходы в реальном выражении. Несмотря на то что совокупный консолидированный бюджет регионов за первые шесть месяцев 2015 года был профицитным, проблемы бюджетной сбалансированности для большинства регионов выглядят в 2015 году более остро, чем в 2014 году. В первом полугодии 53 региона (свыше 60 % общего количества регионов) свели бюджет с дефицитом. В 2014 году таких регионов было 49.

Причины возникновения бюджетного дефицита в регионах различны, однако большое влияние на бюджетную сбалансированность регионов оказывает трансфертная политика федерального центра. Динамика этих трансфертов очень сильно варьируется по регионам. Судя по исполнению региональных бюджетов, изменения в трансфертной политике часто являются неожиданными для регионов, что осложняет для них бюджетное планирование. Например, по Магаданской области трансферты в 2015 году сократились по сравнению с 2014 годом почти на 30 %, что привело к падению доходов на 8 % и большому бюджетному. Пытаясь сбалансировать федеральный бюджет, чиновники генерируют бюджетную неопределенность на региональном уровне [5].

В Волгоградской области индустрия (около 500 крупных и средних предприятий) формирует 37 % валового регионального продукта и 57 % налоговых поступлений во все уровни бюджетов. Поэтому кризисное падение темпов роста и просадка ряда отраслей (химия, машиностроение, энергетика) сразу же сказались на общих негативных экономических показателях области [1].

Волгоград занял последние места практически по всем показателям в рейтинге качества жизни в российских городах, составленном экспертами департамента социологии финансового университета при правительстве Российской Федерации. Согласно полученным данным, Волгоград стал самым худшим городом России с населением свыше 500 тысяч человек по качеству жизни. На предпоследнем 36-м месте из 37 имеющихся Волгоград оказался и по качеству образования. На четвертом снизу, 34-м месте Волгоград оказался в рейтинге городов по состоянию и обслуживанию жилого фонда, опередив лишь Саратов, Ульяновск и Астрахань. Также на последнем, 37-м месте Волгоград оказался в рейтинге по состоянию дорожного хозяйства. Проведенное исследование стало первым в России рейтингом качества жизни населения по городам, построенным с широким использованием социологических данных. Исследование проводилось в городах с населением более 500 тысяч человек, а для проверки полученных результатов к ним были добавлены два города с меньшим количеством жителей.

Инвестиционная привлекательность г. Волгограда – ниже среднероссийского значения. По инвестициям в основной капитал Волгоградская область тоже отстает от среднего по России. Если среднероссийский показатель ввода жилья составлял 331,3 кв. м на тысячу человек, то наш регион назван среди тех, где положение хуже среднероссийского (от 170 до 250 кв. м). В эту же категорию область попала и по доходам и занятости населения. Если в России доходы выросли в среднем на 103,6 %, то в нашей области они даже уменьшились – менее 100.

На наш взгляд, необходимо активизировать инвестирование в предприятия, связанные с ЖКХ и эксплуатацией жилого фонда. Об эксплуатационщиках редко вспоминают, и всегда в негативном ключе. Необходима разработка соответствующих программ для всех сфер городской экономики, связанных с экологичностью качества жизни [3]. Как только высокотехнологичные услуги начинают активно предлагаться и распространяться, количество пользователей резко увеличивается. А ведь в миллионном городе таких предприятий немало. Например, Волгоградский завод «Эконекс» закончил масштабный проект по повышению энергоэффективности основного освещения и внедрению беспроводной системы управления EconexSmart на заводе «Сан ИнБев» в г. Волжском (город-спутник Волгограда). Установка энергосберегающих светодиодных светильников позволила предприятию сократить потребление электроэнергии на 60 %, а интеллектуальная система управления EconexSmart подстроилась под производственные задачи и полностью автоматизировала работу освещения. Дополнительная экономия электроэнергии – более 40 %. «Эконекс» достаточно молодая компания, которую знают во многих городах России, выпускает энергосберегающее осветительное оборудование с 2010 года. Все началось с идеи, а сегодня предприятие имеет собственные производственные площади, более 50 высококвалифицированных специалистов, представительства и дилерскую сеть по России. Не ограничиваясь созданием одних световых приборов (светильников), инженеры компании «Эконекс» разработали собственную беспроводную систему управления освещением EconexSmart, которая практически не имеет аналогов в России. Основные приоритеты компании – это качество выпускаемой продукции и реализация правильных светотехнических решений.

За последние годы завод «Эконекс» значительно вырос и укрепил свои позиции на российском рынке, создал собственный отдел проектирования, сотрудники которого могут в кратчайшие сроки рассчитать оптимальное светотехническое решение. С 2010 года компания получила множество патентов, реализовала более 200 крупных проектов, запустила для муниципальных клиентов формат сотрудничества – «Энергосервисный контракт», и первая в России разработала и внедрила на объектах беспроводную систему управления Econex Smart [2].

pic_59.wmf

Средний размер платежа за коммунальные услуги через интернет по крупным городам ЮФО в первом полугодии 2015 года, руб.

Высокотехнологичной продукции и услуг в сфере коммунального обслуживания даже без активного участия властей становится больше. Например, на юге России за 2014–2015 год платежи за жилищно-коммунальные услуги через интернет существенно выросли. В Волгограде и Краснодаре показатель увеличился на треть, в Ростове-на-Дону – в два раза, а в Астрахани – почти в три. Средняя сумма перевода составляла 2200 руб. Дешевле всего в России содержание квартиры обходилось жителям Челябинска – 826 рублей в месяц (данные сервиса «Яндекс.Деньги»). Для сравнения: средний чек жителя Уфы составлял 2760 руб., а Москвы – 2617 руб. (данные за 1 полугодие 2015 года).

В целом за последний год число платежей за ЖКУ через «Яндекс.Деньги» увеличилось в 2,5 раза [1].

Следовательно, необходим комплексный территориально-организационный подход размещения и перераспределения производительных сил в России. Это размещение должно осуществляться вокруг многомиллионных городских агломераций. В крупнейшие города – многомиллионники потянется рабочая сила, там будет сосредоточена экономическая активность, произойдет отток излишних ресурсов, прежде всего финансовых, из столицы России [4].