Научный журнал
Фундаментальные исследования
ISSN 1812-7339
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 1,222

РОЛЬ ДЕОНИМИЗАЦИИ В ПРОЦЕССЕ ОБОГАЩЕНИЯ ЛЕКСИЧЕСКОГО СОСТАВА ЯЗЫКА

Рыжова С.В. 1 Кокорина С.В. 1 Филончик О.А. 1 Ратина Н.В. 1
1 ФГАОУ ВПО СФУ «Сибирский федеральный университет»
Данная статья служит дальнейшему изучению процесса деонимизации, одного из основных средств пополнения лексического состава языка. Исследование останавливается на путях деонимизации, разделяя их на скоростные и длительные, рассматривает степень продуктивности процесса деонимизации, внутриязыковые и экстралингвистические факторы, влияющие на этот процесс. Более того, статья выявляет важность учета взаимозависимости перехода имени собственного в имя нарицательное, и актуальных языковых потребностей, также как и языкового мышления народа. Изучение данного явления представляет как лингвистический, так и лингвокультурологический интерес, поскольку дает возможность более точного использования лексики в прикладных целях и в учебно-педагогической практике, с целью глубокого проникновения в особенности и специфику культурного фона носителей того или иного языка.
лексический состав языка
обогащение
деонимизация
имя собственное
имя нарицательное
лингво-культурология
лексикология
внутриязыковой
экстралингвистический
1. Введенская Л.А., Колесников Н.П. От собственных имен к нарицательным. – М.: Просвещение, 1989. – 143 с.
2. Скворецкая Е.В. Об условиях перехода собственных имен в нарицательные // Русский язык, его изучение в высшей и средней школе. – Астрахань, 1970. – С. 104–107.
3. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. – М.: Наука, 1973. – 366 с.
4. Суперанская А.В. Имя через века и страны. – М.: Наука, 1990. – 192 с.
5. Теория и методика ономастических исследований / отв. ред. А.П. Непокучный. – М.: Наука, 1986. – 256 с.

Процессы деонимизации имен собственных различных видов представляют большой интерес для ряда таких дисциплин, как теоретический и практический перевод, история развития языка, лингвокультурология. Обладая своими национально-культурными специфическими особенностями, деонимизация находит широкое отражение во многих языках и культурах мира на различных этапах их становления. Изучение данного процесса дает возможность глубже проникать в особенности и специфику культурного фона носителей того или иного языка, шире использовать лексику в прикладных целях, в учебно-педагогической практике, на курсах по общей лексикологии, ономастике и терминологии.

Наиболее динамичным уровнем языка является лексика. Как известно, лексическая система состоит из двух основных подсистем: имена нарицательные (апеллятивы) и имена собственные (онимы).

Наряду с этими двумя основными макрогруппами в языке представлены также лексические единицы, которые не могут рассматриваться ни как онимы, ни как апеллятивы в собственном смысле этих слов. Это довольно значительная группа лексем, формирующаяся за счет перехода имен собственных (онимов) в имена нарицательные (апеллятивы).

Когда имя собственное переходит в нарицательное, «оно наполняется новым значением, которое соотносится с типичной деятельностью именуемого человека, с типичной продукцией, с какими-либо характерными условиями местности и т. п.» [2, с. 125]. Этот процесс принято называть деонимизацией. В результате процесса деонимизации возникает большое количество новых слов, и слова эти могут существенно отличаться друг от друга, как по своей структуре, так и по сфере своего употребления.

Деонимизация может происходить как естественным, так и искусственным путем. При естественном пути она протекает постепенно и может быть неполной.

Например, Ева:

1) женское имя; по преданию этим именем звалась первая женщина;

2) переносно: соблазнительница.

Адам:

1) первочеловек, согласно Ветхому Завету; изгнан из рая за нарушение существовавших в нем запретов;

2) мужское имя у многих народов, как христиан, так и мусульман.

Соломон:

1) мужское имя; им звался один из древних царей, отличавшийся большой мудростью;

2) мудрый человек.

Такие насыщенные добавочными значениями собственные имена легко включаются в различного рода «крылатые» выражения, устойчивые обороты речи: Ева – соблазнительница, царь Соломон и вся мудрость его, Адам, Адамово яблоко (запретный плод), Адамово ребро, из которого вышла Ева и т.д.

В данных случаях имена Ева, Соломон не полностью апеллятивировались. Первое и основное назначение их «быть собственными именами» осталось, о чем говорит и начальная прописная буква. Однако их сильно потеснили указанные выше коннотации, благодаря чему Адам, Ева и Соломон теперь означают не просто людей, а людей определенного склада ума или характера.

Иногда слово уходит в другой именной ряд (сортовых обозначений), превращаясь в своего рода номенклатурное обозначение, тогда происходит полноый разрыв значений, как в случаях со словами гжель, палех, хохлома, где (ср. название марки автомобиля «Жигули», название холодильника «Бирюса» и т.д.) [5, с. 44].

Если переход собственных имен в нарицательные осуществляется «искусственным» путем, т.е. целенаправленно и преднамеренно, то этот переход может быть одномоментным, а слова Ньютон (единица массы), Кюри (единица радиоактивности), Ом (единица сопротивления) и т.д. становятся омонимами имен собственных Ньютон, Кюри, Ом. Наряду с этим, своего рода синонимический ряд составляют словосочетания с исходным именем: закон Ома, закон Ломоносова–Лавуазье, болезнь Дауна. Здесь собственные имена как будто бы остаются сами собой, но все сочетание в целом попадает в новые лингвистические условия – в ряды терминологических сочетаний и номенклатурных обозначений. О деонимизации собственных имен в подобных условиях свидетельствуют и такие примеры, как названия биологического вида, типа лошадь Пржевальского.

Для людей разных стран и разных культур может быть своя национальная специфика в наборе имен. Например, самое распространенное в прошлом в Англии имя Jack стало обозначать мужчину с низким социальным статусом, особенно слугу, крестьянина, матроса. Именем Hans англичане обозначают немца или датчанина, а сами немцы – мужчину, крестьянина, слугу, человека с нелестными характеристиками, например, глупого. Имя его сказочного брата Heinz получает смысл «лентяй». Наиболее популярные женские имена – англ. Gill, нем. Grete, Metze апеллятивно обозначают женщину низкого социального статуса, крестьянскую девушку, служанку, возлюбленную; характерологически Grete – глупая, ленивая девица, Metze – проститутка. Такое употребление прослеживается с конца средневековья.

Онимы, ставшие обозначениями классов людей или лиц определенной профессии, происхождения (Paddy – типичный ирландец), с особыми характеристиками, часто содержат принижающий оттенок, хотя бы и в юмористическом плане, в то время как имена исторических лиц звучат с позитивной оценкой. Отметим также, что во время Великой Отечественной войны обобщенным именем для обозначения немцев было имя Фриц, превратившееся в имя нарицательное. Квалифицирующее прилагательное или другой элемент, связанный с именем, может усиливать эту характеристику: lazy Lawrence, desperate Jack. С собирательным значением употребляются John Bull для англичан, Brother Johnatan для американцев, Jacques Bonhomme для французов, der Deutsche Michel для немцев, Herr Sorensen для датчан [5, с. 45].

Среди имен, типичных благодаря частотности, есть поговорочные. Невеста, входя в дом мужа, независимо от того, как звалась, говорила: Ubi tu Gaius, ibi ego Gaia. В законных сделках в Англии фигурировали в средние века вымышленные имена John-a-Nokes – любой индивид из John atten Oke (John at the Oak). После 1815 года имена John Doll и Richard Roe означали жалобщика и ответчика. У немцев часто употребляются Hans и Kunz, Peter и Paul, Hans и Grete, у англичан – Punch и Judy «пара дураков». У немцев образовано имя Trinkenbold по модели Leopold (пьяница). Имя Ксантипа – ворчливой жены Сократа (историч.) «скандальная жена» у немцев стало Zanktippe (Xantippe), ср. zanken – «спорить, ссориться» [1, с. 45].

Имя человека, широко известного благодаря какой-либо черте внешности или характера, легко переносится на других людей, обладающих теми же чертами. Так, король Дании Кристиан II получил прозвание Северный Нерон. Французское династическое имя Бурбоны – «они ничего не учили и ничего не забывали» – в американском политическом жаргоне стало обозначать демократа, отставшего от века и не способного обучиться чему-либо. Часто оно ассоциируется с графством Бурбон в штате Кентукки.

Для Нового Времени характерен массовый переход уменьшительных форм личных имен в сферу нарицательной лексики. Например: хороша Маша, да не наша (при этом Маша может быть и неодушевленным предметом), стоит на горке в красной шапке Егорка (гриб) и т.п. Появившись в сфере фольклора, закрепляется в народных названиях игрушек: ванька-встанька, матрешка и т.п., ср. англ. jack-rabbit «большой американский заяц», jack-snipe «бекас», tom-cat «кот-самец», billy-goat «козел».

Английский язык шагнул в этом отношении еще дальше. В нем в XIX–XX вв. сокращенные формы имен переносятся в технику, становясь элементами технического просторечия: ср. Jack (Джек) – уменьшительное от John (Джон): jack «парень, подёнщик, матрос»; jack «флаг, домкрат, рычаг»; jack-knife – «большой складной нож»; Billy – уменьшительное от William (Вильям), billy «товарищ, приятель»; «походный котелок»; billy-boy «одномачтовая шхуна»; Tommy – уменьшительное от Thomas (Томас), tommy – «солдат»; tommy-shop «лавка, принадлежащая хозяину завода» [5, с. 46].

Условия перехода собственного имени в нарицательное лежат за пределами самой лингвистики как таковой, то есть, основная мыслительная операция, используемая человеком при переводе собственного имени в нарицательное, – это сравнение, перенос значения по сходству (метафоризация имени). Например, «Тартюф в юбке», «настоящий Казанова», «лесные робинзоны» и т.д.

Ассоциация по смежности также может наполнить собственное имя предметно-логическим значением, которое, как известно, характерно для нарицательной лексики. При этом в одних случаях происходит замена полного наименования сосуществующих в предмете признаков – отдельными, которые являются показательными, и объединяются в собственном имени. Например, «слушать Чайковского» (вместо, слушать музыку Чайковского), «Москва слезам не верит» (вместо, жители Москвы слезам не верят). Данный процесс основан на явлении синекдохи. В других же случаях ассоциация по смежности основана на явлении метонимии: боливар, галифе, дизель, ньютон, сандвич, регби и другие. Эти образования сохраняют до сих пор свое номинативное значение, но уже называют не единичные предметы, а один из ряда подобных.

Существует также такое понятие, как степень продуктивности перехода собственных имен в нарицательные, которая зависит от особенностей языкового мышления народа, от его актуальных языковых потребностей. Основными факторами этого процесса являются:

1. Фактор, который основывается на частоте и обычности употребления собственного имени на определенной территории или в определенной среде. Например, представителей определенных наций называют Гансами, Джонами, Иванами, мойшами и исааками; в народной обыденной среде бытуют названия неодушевленных предметов с собственными именами: «аннушка» (женское изваяние в архитектуре здания), «катюша» (реактивный снаряд) и другие;

2. Факторы исторический и литературный, благодаря которым библейский герой, историческая личность, литературный образ в силу своих специфических черт или по какому-нибудь другому поводу превращается в определенного типа лицо и его имя становится нарицательным для всех остальных, то есть качества, свойства, характеристики, присущие одному конкретному лицу переносятся на целый ряд лиц: бурбоны, обломовы, хлестаковы, угрюм-бурчеевы, донкихоты, наполеоны и другие:

3. Фонетический фактор, который основан на звуковой соотнесенности с какими-либо определенными понятиями. Например, «Елесей» (в значении «проныра) – по созвучию с глаголом «елисить» (льстить); (простореч.) «Емеля» (в значении «пустомеля») – по звуковой ассоциации со словами мельница, мелю, мелить.

Нередко переходу собственного имени в нарицательное способствует психологический фактор: «фофан» (от Феофан), «филька», «фрицы» – где нерусского происхождения звук «ф» ассоциируется с пренебрежительным отношением к человеку. Ср. междометия «фи!», «фу!».

Экстралингвистические условия перехода собственного имени в нарицательное могут дополняться сугубо языковыми условиями существования подобного рода образований:

Наполнение собственного имени предметно-логическим значением связано с тем, что оно «переносится из одного контекста в другой».

1. Метафоризированное имя собственное всегда имеет ощутимый предикативный оттенок, так как оно оценивает предмет, явление, приобретает коммуникативную функцию.

2. Метафоризированное имя собственное в форме единственного числа обычно сопровождается определением ограничительного порядка, которое передает часть своего значения определяемому слову, то есть собственному имени, и таким образом усиливает нарицательность (настоящий Дон-Жуан, деревенские дульцинеи, русский Икар, местный Кулибин).

3. Когда имя собственное становится нарицательным, то у него появляется существенный морфологический признак – возможность употребления его во множественном числе, что лишает его главного семантико-грамматического признака – единичности.

4. Когда собственное имя, приобретая обобщенное предметно-логическое значение, включается в обширное словообразование нарицательных имен:

а) существительных (аракчеевщина, менторство, байронизм);

б) прилагательных («иудины миллионы», «евино любопытство»);

в) глаголов (донкихотствовать, подкузьмить, объегорить).

Необходимо отметить, что большинство таких образований носят окказиональный характер [2, с. 104–107]. Переход имен собственных в общую лексику, когда они становятся широким достоянием говорящих и включаются в бытовые ситуации, весьма выборочен и индивидуален для каждого отдельного человека и языкового коллектива. Каждый говорящий в своей речи использует лишь незначительное число имен из многих тысяч, зафиксированных в его языке. Основная масса имен данного языка находится в пассивном запасе, откуда они могут извлекаться и актуализироваться для каждого человека в индивидуальном порядке.

Более того, лексика находится в зависимости от условий существования общества, от людей говорящих на этом языке, от соответствующей культуры. В свою очередь культура испытывает обратное воздействие онамастической лексики, которая выражается в обогащении словарного состава языка.

Процессы деонимизации имени собственного, это явление встречается как в русском, так и во всех европейских языках, и в рамках европейской цивилизации носит универсальный характер. Каждая эпоха порождает и пополняет уже существующую лексику. Эти процессы постоянно происходят в языке, но уже на новом лексическом материале.

Таким образом, изучение процессов деонимизации может дать ответ на вопрос о значении имени собственного, а это становится чрезвычайно актуальным при межкультурных и межъязыковых контактах. С одной стороны, имена собственные легко пересекают межъязыковые барьеры, поскольку стремятся сохранить свою внешнюю форму и при использовании вне сферы «родного» языка. С другой стороны, весьма существенным элементам их содержания бывает гораздо труднее преодолеть такие барьеры. А без сохранения своего значения имена собственные не могут функционировать в иной языковой среде. Отсюда – возможные проблемы непонимания и неточного восприятия текстов, содержащих имена.

Рецензенты:

Городищева А.Н., доктор культурологии, заведующая кафедрой рекламы и культурологии Сибирского государственного аэрокосмического университета имени академика М.Ф. Решетнева, г. Красноярск;

Гришаева Е.Б., д.ф.н., профессор, заведующая кафедрой делового иностранного языка Института экономики, управления и природопользования ФГАОУ ВПО СФУ «Сибирский федеральный университет», г. Красноярск.

Работа поступила в редакцию 04.04.2013..


Библиографическая ссылка

Рыжова С.В., Кокорина С.В., Филончик О.А., Ратина Н.В. РОЛЬ ДЕОНИМИЗАЦИИ В ПРОЦЕССЕ ОБОГАЩЕНИЯ ЛЕКСИЧЕСКОГО СОСТАВА ЯЗЫКА // Фундаментальные исследования. – 2013. – № 6-1. – С. 199-202;
URL: http://www.fundamental-research.ru/ru/article/view?id=31443 (дата обращения: 23.08.2019).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.252